mardi 27 septembre 2016

Syrie : Lavrov répond aux accusations de Washington et Paris et contre-attaque

Interview du Ministre russe des Affaires étrangères Sergueï Lavrov à l'émission "Les Nouvelles du samedi", New York, 24 septembre 2016
  
Question: Je voudrais revenir à la réunion de mardi (20 septembre) sur la Syrie. Avant cette rencontre, vous vous étiez entretenu avec le Secrétaire d’État américain John Kerry à huis clos. Si ce n'est pas un secret, que lui avez-vous dit: "John, qu'est que tu as fais, nous avions un accord mais les USA ont quand même attaqué les forces gouvernementales syriennes"?

Sergueï Lavrov: Les Américains ne s'en cachent pas. Ils disent que c'est une erreur et présentent aux Syriens leurs excuses par notre intermédiaire.

Question: Ils ont tout de même présenté leurs excuses au Président syrien Bachar al-Assad? Le New York Times a écrit qu'ils l'avaient fait.

Sergueï Lavrov: Oui, ils ont présenté leurs excuses. La situation est assez étrange. J'ai dit au Secrétaire d’État américain John Kerry, puis à la réunion du Groupe international de soutien à la Syrie (GISS), que la situation à Deir ez-Zor, contrairement à Alep où la ligne de démarcation change constamment, était statique depuis plus de deux ans. Les forces syriennes y sont encerclées par Daech.

Nous larguons régulièrement de l'aide humanitaire et d'autres produits vitaux par avion. L'Onu procède également à des parachutages d'aide humanitaire. Ce sont des faits connus. Il est très difficile de croire que les équipes de reconnaissance de la coalition menée par les États-Unis contre Daech sur tout le territoire syrien (c'est Daech qui a encerclé les forces gouvernementales) ait pu oublier la position des différentes parties. Je ne veux accuser personne.

Nos collègues des pays du Conseil de coopération du Golfe (CCG) pensent qu'il ne faut pas tirer de conclusions hâtives concernant les causes de la tragédie du convoi humanitaire ayant quitté la Turquie le 19 septembre, qui a été attaqué. J'ai déjà entendu des accusations contre l'aviation russe ou syrienne. Nous en avons parlé avec le Secrétaire d’État américain John Kerry, à qui j'ai répété que l'aviation russe ne se trouvait pas dans cette zone au moment de l'attaque. L'aviation syrienne ne pouvait pas y être non plus car l'attaque a eu lieu de nuit, or l'armée de l'air syrienne n'a pas la possibilité de voler dans ces conditions. L'attaque a eu lieu quand le convoi était en cours de déchargement à l'Est d'Alep. Nos spécialistes militaires ont également fait plusieurs déclarations concernant notre suivi du passage de ce convoi depuis un drone. Comme nous l'avons noté, une camionnette disposant d'un lance-roquettes se déplaçait avec le convoi - on ignore comment un dispositif si faible permet de protéger un convoi humanitaire. Tout cela a été déclaré par nos militaires. Nous avons diffusé ces données à l'Onu afin que tout le monde reçoive l'information de première main, et non d'un observatoire à Londres auquel on se réfère constamment comme étant la vérité de dernière instance. Nous avons rappelé à nos collègues que quand il fut pour la première fois question d'utiliser la route de Castello pour acheminer l'aide humanitaire (le 26 août lors de notre avant-dernière rencontre avec John Kerry à Genève), ce jour-là l'Onu avait annoncé qu'un convoi humanitaire déjà chargé était prêt à partir vers Alep. Le gouvernement syrien a confirmé sa volonté de coopérer avec les Nations unies en la matière. Mais le même jour, les hommes qui contrôlent l'Est d'Alep et se font appeler "conseil local" ont déclaré qu'ils attaqueraient ce convoi s'il empruntait la route de Castello. L'Onu a alors marqué une pause pour tenter de les persuader pendant quelques jours, mais en vain - ni fin août ni début septembre. Je n'affirme rien. Je dis simplement que les convois humanitaires qui passent par la route de Castello font l'objet de menaces claires et directes. Il faut mener une enquête. La première démarche à engager est probablement de présenter les obus qui ont touché ce convoi. On a d'abord annoncé qu'il s'agissait de pièces d'artillerie puis cette information a rapidement disparu. Ensuite on a parlé hélicoptères. Je pense que les munitions permettront de tout comprendre. Comme dans toute autre situation, c'est élémentaire et cela doit être la première phase de l'enquête. Cette étape avait déjà été omise par ceux qui enquêtaient sur la catastrophe du Boeing dans le Donbass en Ukraine. Aujourd'hui, je n'ai entendu personne accuser l'aviation russe ou syrienne.

Nous avons principalement évoqué la nécessité de sauver le cessez-le-feu. Nous avons publié le texte de l'interview détaillée accordée lundi par Sergueï Roudskoï, chef de la Direction générale opérationnelle d’État-major des Forces armées russes, qui est désormais un document officiel du Conseil de sécurité des Nations unies expliquant clairement les démarches que nous avons entreprises et comment nous avons travaillé avec le gouvernement syrien pour qu'il respecte le cessez-le-feu. Le document souligne également qui ne le respecte pas. Plusieurs groupes d'opposition ont déclaré qu'ils respecteraient la trêve mais plusieurs dizaines de groupes l'ont rejetée et ont annoncé qu'ils ne coopéreraient pas.

J'ai cité cet exemple à plusieurs reprises: nous insistions pour inscrire le groupe Ahrar al-Sham sur la liste des organisations terroristes. Il y a un an les Américains le prônaient également. Certains pays de la région ont dit qu'ils ne considéraient pas ce groupe comme terroriste car ils n'en avaient pas la preuve. Au final, pour avancer plus vite dans le processus de paix nous avons laissé Ahrar al-Sham en dehors de la liste, en y maintenant seulement le Front al-Nosra et Daech. Quand l'accord russo-américain a été annoncé, Ahrar al-Sham a déclaré qu'il ne le soutiendrait pas car le Front al-Nosra y est désigné comme un groupe terroriste et "qu'en réalité le Front al-Nosra est une organisation d'opposition normale" avec laquelle Ahrar al-Sham coopère activement. Aujourd'hui à la réunion du GISS, j'ai rappelé nos propositions d'il y a un an et souligné que les déclarations actuelles des leaders de ce groupe nous poussaient à revenir sur la question de son inscription sur la liste terroriste.

Question: A peine aviez-vous conclu un accord avec le Secrétaire d’État américain John Kerry que le chef du Pentagone Ashton Carter annonçait s'y opposer.

Sergueï Lavrov: Vous savez que nous ne nous ingérons pas dans les affaires intérieures d'autres pays.

Question: Mais même dans un journal aussi libéral et pas du tout pro-russe comme le New York Times, ce fait a été mentionné. D'autres observateurs admettent que les USA auraient pu frapper sciemment les forces gouvernementales syriennes, qu'il s'agirait d'une "fraction du parti de la guerre".

Sergueï Lavrov: Il y a probablement des individus qui appliqueront aux événements la "théorie du complot".

Question: Autrement dit, John Kerry est un "pigeon" et le Pentagone est un "faucon".

Sergueï Lavrov: Je constate également qu'il n'y pas beaucoup d'entente entre eux. Nous ne nous ingérons pas dans leurs relations intérieures et nous partons seulement du fait que ce qui a été obtenu le 9 septembre à Genève, ce qui a été convenu avec John Kerry avec la participation de nos militaires et représentants des services de renseignements a été fait en parfaite conformité avec les accords du Président russe Vladimir Poutine et de son homologue américain Barack Obama conclus trois jours plus tôt en Chine, quand ils s'étaient entretenus pendant deux heures avec nous et d'autres conseillers pour convenir des principes de base de l'entente. À Genève il nous restait seulement à tout rédiger par écrit, même si ce n'était pas simple – cela a pris plus de 16 heures. Néanmoins, cela a été fait sur directive directe de nos deux présidents, dont le chef des armées US Barack Obama. Je pars du principe que tous ceux qui, au sein des structures officielles, sont concernés par les questions militaires aux États-Unis, doivent obéir aux ordres du chef des armées.

Question: Peut-on craindre qu'après le départ de Barack Obama (il lui reste peu de temps) tous ces accords tombent en poussière?

Sergueï Lavrov:  Nous n'en avons pas parlé. Nous ne lisons pas dans le marc de café mais discutons de choses concrètes. Il y a des accords entre deux présidents et il faut les remplir.

Question: Dans l'ensemble, le cessez-le-feu a échoué. Peut-on relancer le décompte?

Sergueï Lavrov : Comme je l'ai déjà dit, nous avons diffusé le document de l’État-major des Forces armées russes décrivant en détail pourquoi la situation actuelle rendait ces accords inutiles.

Mais nous ne voulons pas qu'une véritable guerre civile éclate. Nous avons beaucoup de mal à la contenir dans certaines zones, à repousser les terroristes. Il ne serait pas correct de perdre tout cela.

Je l'ai répété aujourd'hui pendant la réunion du GISS: si, encore une fois, tout se résumait à des demandes de démarches unilatérales de la part de l'aviation russe et syrienne - par exemple accorder encore une pause de 3-4 jours pour convaincre tous les opposants que c'est sérieux, qu'ils doivent se distancer du Front al-Nosra - nous ne prendrons plus ces propos au sérieux. Au cours des derniers mois nous avons déjà accepté plusieurs concessions en annonçant une trêve autour d'Alep pour 48 et 72 heures, pour constater à chaque fois que ces trêves avaient été utilisées pour renforcer les combattants en effectifs, en nourriture et en armes - y compris pour le Front al-Nosra.

Aujourd'hui, le cessez-le-feu ne pourra être établi que sur une base collective. Nous ne devons rien prouver à personne à titre unilatéral mais on doit nous prouver qu'il s'agit d'une volonté sincère de distinguer les opposants qui coopèrent avec la coalition américaine du Front al-Nosra, puis éliminer ce dernier, et faire en sorte que les opposants rejoignent le processus de paix. Si on ne nous prouvait pas cela, nous soupçonnerions encore davantage que tout cela a été provoqué pour préserver le Front al-Nosra. Ces derniers jours, au lieu d'une séparation entre les groupes d'opposition et cette structure nous constatons, comme c'est dit dans le communiqué de l’État-major des Forces armées russes, une fusion des groupes d'opposition. J'ai déjà mentionné Ahrar al-Sham et beaucoup d'autres pensent également qu'ils sont plus proches de l'organisation terroriste.

L'unique solution pour moi serait seulement de mettre en œuvre les accords de cessez-le-feu par tous dans un travail conjoint honnête, au lieu d'avancer des exigences unilatérales de faire un "geste de bonne volonté" dans l'espoir que cela porte ses fruits à terme.
Вопрос: Хотел бы вернуться к событиям утра вторника (20 сентября), когда была встреча по Сирии. Известно, что до этого у Вас была двусторонняя встреча с Государственным секретарем США Дж.Керри. Я понимаю, что это была закрытая встреча, но, если не секрет, что Вы ему сказали? Джон, что же ты наделал, мы обо всем договорились, а вы ударили по сирийским правительственным силам?
С.В.Лавров: Они сами затрагивают эту тему. Говорят, что это ошибка и через нас приносят сирийцам извинения.
Вопрос: Приносили ли все-таки извинения Президенту Сирии Б.Асаду? «New York Times» написала, что извинились.
С.В.Лавров: Да, извинились. Ситуация немного странная. Я сказал Государственному секретарю Дж.Керри, а потом и на встрече Международной группы поддержки Сирии (МГПС), что положение в  Дейр эз-Зоре в отличие от ситуации в Алеппо, где линия соприкосновения постоянно меняется, статична уже более двух лет. Там сирийские войска находятся в окружении ИГИЛ.
Мы регулярно доставляем туда гуманитарную помощь и другие необходимые для жизни товары, сбрасывая их с самолетов. Такие же рейсы (парашютирование гуманитарного содействия) осуществляла ООН. Это известные факты. Очень трудно поверить, что разведчики коалиции, созданной США, которая работает против ИГИЛ на всей территории Сирии (именно ИГИЛ в  Дейр эз-Зоре окружил правительственные войска), могли забыть про то, кто где находится. Хотя я не хочу никого ни в чем обвинять.
Как нам сейчас сказали наши коллеги из стран Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), они считают, что не надо спешить с выводами относительно причин трагедии с гуманитарным конвоем, который 19 сентября вышел из Турции, а затем по нему был открыт огонь. Я уже слышал обвинения, что это сделали российские ВКС или сирийские ВВС. Мы говорили об этом с Государственным секретарем США Дж.Керри. Я сказал, что наши военные уже сделали соответствующие заявления о том, что российская авиация там не работала. Сирийская авиация работать не могла, потому что атака на конвой произошла в темное время суток, а сирийские ВВС в это время не летают, у них нет таких возможностей. Атака произошла в тот момент, когда гуманитарный груз уже разгружался в Восточном Алеппо. Наши военные специалисты также сделали ряд сообщений о том, как мы с беспилотника мониторили прохождение этого конвоя. Как мы заметили, вместе с конвоем передвигался мини-грузовик, в кузове которого находился миномёт. Не понятно, как им можно защищать гуманитарный конвой. Тем не менее, все это было сказано нашими военными. Эти материалы мы распространили в ООН для того, чтобы все получали информацию из «первых рук», а не из какой-то обсерватории в Лондоне, на которую постоянно ссылаются, как на истину в последней инстанции.
Мы напомнили нашим коллегам, что когда впервые зашла речь о реальном использовании дороги «Кастелло» для доставки гуманитарной помощи (это было 26 августа во время нашей позапрошлой женевской встречи с Государственным секретарем США Дж.Керри), в тот же день ооновцы сообщили, что на турецкой границе стоит уже опечатанный и готовый к движению гуманитарный конвой и что ООН готова его довезти до Алеппо. Сирийское Правительство подтвердило готовность сотрудничать в этом вопросе. Но в тот же день люди, которые контролируют Восточный Алеппо и называют себя «местный совет», сказали, что если этот конвой пойдет по дороге «Кастелло», то они его атакуют. После этого ООН взяла паузу, пару дней пыталась их уговорить, но этого не получилось ни в конце августа, ни в начале сентября. Я ничего не утверждаю. Просто говорю, что в отношении гуманитарных конвоев, которые пойдут по дороге «Кастелло», звучали прямые, отрытые и недвусмысленные угрозы. Сейчас необходимо провести расследование. Наверное, самый простой способ и первый необходимый шаг – предъявить снаряды, которые попали в этот конвой. Сначала была информация, что это удар из артиллерийских орудий, потом эта информация быстро исчезла. Затем стали упоминать вертолеты. По боеприпасам, думаю, все можно понять. Это также, как бывает в любой другой ситуации, это элементарно и должно быть самой первой фазой расследования. Этим, кстати, не стали заниматься те, кто расследовал катастрофу малайзийского «Боинга» в Донбассе. Поэтому я сегодня не услышал ни от кого каких-либо слов, которые поддерживали бы уже звучащие в местной прессе обвинения в наш адрес или в адрес сирийских ВВС.
Основную часть нашей работы мы посвятили тому, что необходимо спасать перемирие. Мы распространили подробное интервью, которое дал в понедельник Начальник Главного оперативного управления Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации С.Ф.Рудской. Это теперь официальный документ СБ ООН, из которого ясно, какие конкретные шаги предпринимали мы, как работали с сирийским Правительством, чтобы оно соблюдало переподтвержденный режим прекращения огня. Из документа также понятно, кто его не соблюдает. Целый ряд отрядов оппозиции заявили, что они будут соблюдать прекращение огня. Тем не менее, несколько десятков групп боевиков отвергли прекращение огня, сказав, что сотрудничать не будут.
Я уже не раз приводил пример. Мы настаивали занести в террористический список группировку «Ахрар аш-Шам». Кстати, и американцы год назад за это выступали. Некоторые страны региона сказали, что она нетеррористическая, что у них нет этому подтверждений. В итоге, чтобы поскорее двигаться в урегулировании ее оставили за рамками этого списка, сохранив там только «Джабхат ан-Нусру» и ИГИЛ. Когда российско-американская договоренность была объявлена, руководство «Ахрар аш-Шам» заявило, что оно не будет ее поддерживать, потому что в ней «Джабхат ан-Нусра» помечена как террористическая структура, а на самом деле «Джабхат ан-Нусра» – это «нормальная оппозиционная организация», с которой «Ахрар аш-Шам» активно сотрудничает. Сегодня на заседании Международной группы поддержки Сирии (МГПС) я напомнил о том, что мы предлагали год назад и сказал, что нынешние заявления лидеров этой структуры, конечно, требуют вернуться к вопросу внесения ее в список террористов.
Вопрос: Стоило Вам заключить соглашение с Госсекретарем США Дж.Керри, как один из первых людей, кто выступил против, был не кто иной, как глава Пентагона Э.Картер.
С.В.Лавров: Вы знаете, что мы не вмешиваемся во внутренние дела зарубежных стран.
Вопрос: Но ведь даже в такой либеральной, вовсе не пророссийской газете «Нью-Йорк Таймс» сегодня об этом факте вспомнили первым делом. А другие наблюдатели допускают вероятность того, что американцы нанесли удар по правительственным силам Сирии не просто так, что эта такая вот «фракция партии войны».
С.В.Лавров: Наверное, есть люди, которые будут применять к произошедшему «теорию заговоров».
Вопрос: То есть Дж.Керри – голубь, а Пентагон – ястреб.
С.В.Лавров: О том, что у них между собой нет большого согласия, я тоже читаю. Мы, простите за грубое слово, «не влезаем» в их внутренние взаимоотношения, а исходим из одной простой вещи: то, что было сделано 9 сентября в Женеве, о чем мы договорились с Госсекретарем США Дж.Керри с участием наших военных, представителей спецслужб, было сделано в точном соответствии с тем, о чем договорились президенты В.В.Путин и Б.Обама за три дня  до этого в Китае, когда они встретились и провели пару часов вместе с нами и другими помощниками, согласовывая принципы, которые должны лечь в основу договоренностей. Нам в Женеве оставалось положить все на бумагу, хотя это было непросто – это заняло 16 с лишним часов. Тем не менее, это было сделано по прямому указанию двух президентов, включая Президента Б.Обаму, верховного главнокомандующего вооруженными силами США. Я исхожу из того, что все, кто имеет какое-либо отношение к военным вопросам в США из официальных структур, должны выполнять приказы верховного главнокомандующего.
Вопрос: Тогда два последних уточнения по сирийскому треку. Нет ли опасности того, что уйдет Б.Обама (ему ведь недолго осталось), и все эти договоренности превратятся в пыль?
С.В.Лавров: Нет, таких обсуждений у нас не велось. Мы занимаемся не гаданием на кофейной гуще, а конкретным делом. Есть договоренность двух действующих президентов, ее нужно выполнять.
Вопрос: Перемирие сейчас, строго говоря, сорвано. Можно ли по новой начинать отсчет?
С.В.Лавров: Как я уже сказал, мы распространили документ Генштаба Министерства обороны Российской Федерации, где подробно описывается, почему нынешняя ситуация делает эти договоренности в целом бессмысленными.
Но мы не хотим, чтобы сейчас там разразилась полномасштабная гражданская война. С таким трудом удается ее хоть как-то сдерживать в определенных районах, где-то все-таки теснить террористов. Потерять все это было бы неправильным.
Я не могу не подчеркнуть то, о чем сегодня сказал на заседании МГПС. Если опять все будет сводиться к просьбам об односторонних шагах со стороны ВКС России и ВВС САР, дескать, дайте еще паузу на 3-4 дня, и тогда мы убедим всех оппозиционеров, что это серьезно, что они должны отмежеваться от «Джабхат ан-Нусры», то эти разговоры больше не будут восприниматься нами всерьез. Мы уже несколько раз за прошедшие месяцы шли навстречу, объявляли по согласованию с американцами паузу вокруг Алеппо и в 48 часов, и в 72 часа, каждый раз убеждаясь, что эти паузы были использованы для того, чтобы подкрепить живой силой, провиантом и оружием боевиков, в том числе, нусровцев.
Поэтому сейчас можно говорить о реанимации перемирия исключительно на коллективной основе, когда не мы должны кому-то что-то доказывать в одностороннем порядке, а когда нам должны доказать, что речь идет об искреннем желании отделить оппозиционеров, которые сотрудничают с американской коалицией, от «Джабхат ан-Нусры», затем добить ее, а оппозиционеров сделать частью политического процесса. Если нам этого не докажут, то у нас укрепляются подозрения, что все это затеяно для того, чтобы вывести «Джабхат ан-Нусру» из-под удара. В последние дни, вместо отмежевания оппозиционных групп от этой структуры, мы наблюдаем, как это было сказано в заявлении ГШ МО России, слияние оппозиционных группировок. Я уже упоминал «Ахрар аш-Шам», многие другие тоже считают, что они ближе к террористической организации.
Выход вижу только в честной совместной работе, когда все будут исполнять договоренности о перемирии, а не выдвигать односторонние требования кому-то сделать «жест доброй воли» в надежде на то, что это потом окупится.
http://www.mid.ru/ru/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2468390

Aucun commentaire:

Enregistrer un commentaire